Детская исповедь

 

 – Нынешнее поколение родителей, приводящих своих детей в храм, в большинстве своем не имеет опыта исповеди в своем детстве. Желая помочь детям обрести веру в Бога, взрослые не знают каким образом это сделать. Процесс воцерковления детей часто превращается в формальность:  сегодня у нас музыкальный кружок, завтра танцы, а в воскресенье мы идем причащаться.

О.Алексий, хотелось бы услышать Ваши рекомендации и ответы на вопросы, которые возникают на пути воцерковления детей. Какие проблемы бывают наиболее часто и чего особенно надо избегать? Что наиболее важно в начале этого пути?

 Очень важное событие в жизни семьи – первая исповедь ребенка. Поэтому надо найти время и подготовить хотя бы немножечко ребенка к исповеди. Родители, которые ходят регулярно в храм, должны попросить священника о специальном времени для первой беседы с ребенком.

 Работа по подготовке к исповеди, даже если ребенок пока еще не исповедуется, должна вестись родителями постоянно, это -  беседы о плохих поступках ребенка, о совести, о том, как ребенок должен уметь просить прощение в каких-то случаях. Родители должны прививать навыки исповеди по отношению связи ребенка и события. Ребенок – событие, ребенок – какой-то грех, - все это в голове 7-8-летнего ребенка должно быть достаточно очевидным, как и понятие совести, понятие греха.

Родители могут проводить такую работу, если ребенок сделал какой-то неблаговидный поступок: сначала родители должны объяснить весь смысл этого поступка, призвать его к совести и призвать ребенка попросить прощения у того, кому он нанес какой-то ущерб, если, например,  он поссорился с родителями, ближними, не послушался их. А потом, конечно, встать перед иконой и попросить прощение у Бога.  

После этого родители должны внимательно с ребенком побеседовать, рассказать, что такое исповедь, в чем смысл этого Таинства. В простых, доступных словах сказать о том, что Господь всегда тебя любит. Ребенку и так уже должно быть известно, что все его дела, его поступки, мысли Господь видит и терпеливо ждет того, что ребенок сам захочет признаться в содеянном и себя исправить.

Мне, конечно, здесь стоит предостеречь родителей от того,  чтобы они не пугали ребенка Богом. Часто бывает такая ошибка от родительской беспомощности, от нежелания потрудиться. Поэтому испугать ребенка: « Бог тебя накажет, ты за это получишь от Бога», - это не метод. Богом пугать ни в коем случае нельзя. У Жан Поль Сартра я читал, что он так был напуган Богом в детстве, что Бога возненавидел и стал  ярым философом-атеистом. Он все время думал, что, чтобы он ни делал, он все время находится под пристальным взглядом недоброго Бога.

А вопрос-то в том, что взгляд Божий – это совесть, которая постоянно в тебе говорит, что Бог тебе подсказывает, Бог тебя направляет, Бог тебя любит, Бог тебя ведет, Бог желает твоего изменения, твоего покаяния. Ребенку стоит объяснить, что все творящееся с человеком Бог использует не для того, чтобы человека наказать, а для того, чтобы человека спасти, чтобы человека вывести на Свет, чтобы человек с этого момента мог измениться в лучшую сторону.

Все эти важные вещи должны быть с детства хоть немножечко заложены родителями, а потом, если священник внимательный, он найдет возможность побеседовать с ребенком и обратить его сугубое внимание на какие-то простые вещи.  Требовать от ребенка, чтобы он начал серьезную духовную работу в себе, не стоит.  Достаточно того, что ребенок будет искренен на исповеди и будет честно вспоминать свои собственные проступки, не скрываясь и не прячась за ними. А священник должен тепло и любовно ребенка принимать и говорить - как помолиться, у кого надо просить прощения, на что надо обратить внимание. Это тот путь, с которым ребенок растет и учится воспринимать эти вещи.

Детская исповедь не должна быть подробной, такой как у взрослого человека, хотя подробность исповеди взрослого тоже стоит под большим - большим вопросом, ведь в такой исчерпывающей подробности часто кроется какое-то недоверие к Богу. А то Бог не знает, а то Бог не видит!

Желание вместо искренней исповеди подать  списочек с подробно записанными по схеме грехами напоминает то, как подают заполненную квитанцию в прачечную – грязное белье взял, чистое белье получил. Здесь ни в коем случае такого не должно быть с ребенком!  У него не должно быть бумажечек, даже если он пишет их своей собственной рукой, а уж тем более ни в коем случае рукой родительской. Достаточно того, что ребенок говорит одно-два события из своей жизни для того, чтобы с ними прийти к Богу.

И  ребенок не должен исповедоваться перед каждым причастием.

– А кем это должно решаться? Священником? Чтобы не было неожиданностью, когда дети подходят к причастию, и им отказывают…

Это проблема семей, которые приходят в храм, где их не знают. 

У нас, к величайшему сожалению, много зависит от личной настроенности священника.  Например, один священник настроен так, что никого ни в коем случае без исповеди к причастию не допускать, и ему все равно, сколько ребенку – 6, 7 или ему 15 лет. Пропуск не получил – к причастию не допускаю. На это в нашей церковной ситуации можно нарваться, к сожалению, довольно часто. Тут ничего невозможно сделать.

Поэтому разумные христианские семьи должны искать те приходы, где нет «фабрики», где нет такого, что никто никого не знает. Ведь есть храмы, где все превращается в некую безымянную безликую процедуру, где прихожане проходят определенные этапы: пришел, купил свечи, подал записки,  пошел на исповедь, пошел к причастию, все, вернулся домой. Такого надо избегать. Надо искать такой храм, где есть хороший приход, где есть внимательный священник. Если родители заинтересованы, чтобы детьми занимались, тогда и в отношениях священника и ребенка все выстаивается вполне благополучно.

– Вот конкретный пример. Одна мама мне рассказала, что священник иногда не допускает ее детей до причастия, т.к. они на исповеди называют мало грехов. И дети каждый раз начинают, можно сказать, выдумывать грехов побольше. Когда мама начинает советовать, что, возможно, необходимо поговорить подробнее о грехах, они отвечают: «Мама, ты не понимаешь! Священник не обсуждает с нами тонкости и детали, он просто требует перечисление грехов и все. И если грехов мало, то священник говорит, что мы не готовы к причастию».

 И исповедь превращается в формальность, вернее, в какую-то игру. Игра «Набери больше грехов». Тогда и причастие превращается в такую вещь, которую нужно заслужить через какую-то странную комбинацию действий, через какую-то игру. Это то, что можно назвать имитацией. Все имитируется, настоящего ничего нет.

И поэтому мне, как священнику, кажется гораздо понятнее и полезнее та практика, которая существует в поместных православных церквях, где исповедь и причастие не связаны между собой таким жестким способом, как у нас в России. Я понимаю, конечно, все проблемы огромной страны, огромной церкви, невоцерковленного населения, для которого подробная исповедь является еще и каким-то врастанием в тело церкви, пониманием важных вещей, исповедь просто необходима на первом этапе. Но там, где сложился приход, где священник знает каждого своего прихожанина, и прихожане регулярно причащаются каждое воскресение, на каждые праздники, то какой смысл проводить их через процедуру называния одних и тех вещей, которые и так понятны? Тогда надо каждый день исповедоваться, по много раз. Все можно превратить в какое-то безумие. Если человеку есть что сказать, он придет на исповедь и искренне об этом расскажет. Конечно, человек согрешает каждый день. Для этого есть возможность проверить свою совесть – во время вечернего правила существует молитва, в которой перечисляются  грехи. Необязательно называть то, что не соответствует твоей жизни, например, мшелоимство… Можно же эту молитву заменить своей собственной молитвой, рассказать Богу о том, в чем ты каешься. Вспомнить свою жизнь за этот день и искренне перед Богом раскаяться.

– И ребенку так можно сказать?

И ребенку надо сказать, чтобы он умел видеть, как он провел сегодняшний день, как он общался с родителями, с близкими. И если что-то есть на совести, нужно попросить у Бога прощение. И попробовать это не забыть на исповеди.

– Возраст начала исповедования - 7 лет? Кто должен определить, что ребенок готов или, наоборот, еще не готов к исповеди? Родители? 

- Родители. Все зависит от психологического состояния ребенка. Есть такие дети, которые замыкаются на исповеди. Значит, не нужно им пока этого делать. Маленькие еще, не созрели.

– Ребенку не трудно признать себя плохим? Если спросить ребенка – плохой он или хороший, то он, конечно, ответит, что хороший!

Родители способны объяснить ребенку: « Какой же ты хороший? Если ты сделал вот это, это, разве ты хороший?»  Конечно, нельзя его всячески добивать, какой он плохой, но надо сказать: «Ты  не всегда хороший, каждый человек не может быть только хорошим. Конечно, хороший, но не всегда».

 О.Алексий, есть отличие детей, которые с детства воцерковлены, от тех, кто только-только стал ходить в церковь?

Не знаю, я никогда об этом не задумывался.

А чем отличие должно быть – в степени любви к Богу?

Все зависит не от времени в церкви и не от возраста. Дети, в каком возрасте бы они ни были, они прежде всего копируют родителей. Родительская вера является для них ориентиром. Если в отношении к своей собственной вере у родителей есть хоть малейшее лицемерие, то, конечно, это ребенком будет воспринято, а потом будет отторгнуто. Если у родителей вера искренняя и живая, даже с ошибками, то это всегда будет хорошие плоды приносить. 

– Много семей, где мама воцерковлена, а папа, в лучшем случае, нейтрально относится к религии, никак не поддерживает веру детей.

И хорошо, хотя бы так. Все понятно. Мы живем в таком мире, где семьи разрушены или разрушаются, даже христианские семьи не являются ни образцами, ни оплотами семейного благополучия. Разводятся люди, которые венчаны, которые ходят в церковь и вроде бы все делают правильно.  Значит, что-то другое неправильно. И если мама ходит в церковь, а папа не ходит, это не значит вовсе, что папа не прав, а мама права. Может, папа потому и не ходит в церковь, что в нее  так ходит мама, что в саму церковь ходить уже не хочется после такого хождения мамы… Так бывает очень часто, если человек ищет в церкви чего-то своего, не настоящего. Все зависит от того, что сам взрослый человек ищет в церкви, в Боге.

– На форуме www.pravmir.ru  была описана семья, где «мегавоцеровленная» мама не покупает дочери нормальную одежду, даже не разрешает ей паспорт получать.

Тут уже необходимо обращаться к психиатру. Надо сказать, что многие, скрывают свои психические и психологические проблемы в каком-то религиозном контексте. На самом деле ничего религиозного и христианского в них  нет, а под формой религиозного поведения скрывается, например, шизофрения. У таких людей все очень аргументировано с точки зрения цитат, святоотеческого предания,  советов старцев, но никакой настоящей веры нет. Общество, в котором мы живем, в принципе, очень депрессивное, и многие ищут защиту от депрессии в религиозном сознании, будь то православие или протестантская секта.

– Сейчас много неполных семей, где ребенок воспитывается только мамой. Папа во многих таких ситуациях не просто не является тем авторитетом, которым должен быть, но часто подается мамой, которая обижена и зла на него, как человек во всех отношениях недостойный. Чем Вы, о.Алексий, могли бы помочь такому ребенку?

Священник не может заменить отца и не должен его изображать. Но тем не менее он может встать в эту пустоту. Все-таки в священстве есть отечество, ведь не даром священника называют отцом. И, конечно, священник обязан максимально сделать так, чтобы  ребенка от этих стрессов избавлять и помогать разрешить такую ситуацию. Если этого не будет, то будет катастрофа. К сожалению, эта ситуация слишком реальная и очень часто встречается и, боюсь, что будет еще больше и чаще встречаться, когда есть отец, которого ребенок либо хочет устранить из своей жизни, либо которого он хочет приобрести.  И если священник войдет в правильное положение, то он может быть помощником в разрешении этой ситуации.

 – А бывает так, что после исповеди ребенка хочется что-то сказать его родителям, объяснить? Тем более, если ребенок закрытый,  и контакта с родителями на самом деле нет. А проблема вырисовывается, нарастает.

Эту проблему прежде всего родители должны увидеть сами. Потому что, если они сами не видят эту проблему, то им очень трудно будет ее объяснить.  Чтобы родители смогли услышать какие-то неприятные для себя вещи, должен быть очень близкий контакт.

Очень многие  родители, ослепленные своим тщеславием, видят ребенка не таким, какой он есть. Они придумывают себе детей.  Они придумывают себе образ своего ребенка,  и если ребенок в этот образ не вмещается, то оказывается виноват сам ребенок. А в религиозной среде это все наиболее обострено и порождает какие-то крайние вещи. А по сути это - садистическое отношение родителей к своим детям. И это только повод, чтобы ребенка пинать, принижать, что «ты не такой, каким мы тебя придумали». Это проблема уже психологическая и психиатрическая. Главное, что это всегда кончается плохо. Ребенок старается как можно больше уйти от семьи, отстраниться от тех ценностей, которые имеют родители.

 – В первую очередь идет любовь?

 По большому счету, все должно идти только через любовь.

Но любить по-настоящему - очень большой труд. Большая ответственность.

Самая большая проблема, когда люди начинают прятать за внешние установки, какие-то уже отработанные штампы. Вот если это штамп, то давайте втискивать в него нашу семью, наши отношения, наших детей. И никакой любви тут быть не может. Любовь не может вмещаться в рамки.

 Как бы мы ни воспитывали наших детей,  как много бы мы в них ни вкладывали, в их жизни все равно наступит такой период, когда они должны будут эту веру заново обрести. Мы не должны иметь иллюзии, что наши дети плавно придут к настоящей вере «с молоком матери». 

«В храм водим, причащаем, всё наши дети знают, молятся, с удовольствием посещают воскресную школу, все хорошо и благочестиво», - это ровно ничего не значит.

Наступит момент, когда это парниковое растение будет пересажено в обычную городскую почву. И тогда начнется.

Очень часто все эти очень хорошие вещи так быстро улетучиваются, что как будто ничего и не было… Родители в ужасе: «Мы столько в детей вложили, и куда же все это делось?»

Так оно будет, потому что в конечном итоге рождение в вере все равно должно наступить у человека сознательно! Выбор веры, ответ на все Евангельские слова Христа должен быть произнесен лично самим ребенком снова.

Ребенка крестили в младенчестве, и за него крестный произносил такие слова: « Верую яко Царю Богу». Эти слова рано или поздно ребенок должен произнести уже повзрослевшим!

Скорее всего  (не у всех, но очень часто бывает), что кризис веры у юноши, у девушки обязательно наступит. Потому что он столкнется с миром, о котором он еще очень мало знает. И этот мир живет по совсем другим законам. И у этого мира совсем другие ответы на те вопросы, которые ставились ребенком, и которые он получал от родителей.  Совсем другие ответы!

Сопоставление известных и неизвестных ответов может очень сильно поколебать любую юношескую душу. И тогда начнется процесс, возможно, через падения, через какие-то серьезные жизненные ошибки, осознания того, кто ты есть на самом деле. Насколько то, что в тебя было вложено, - истинно. И здесь родительское терпение, родительская вера тоже будут испытывать очень большой искус. Как это будет идти дальше, каким способом это все пройдет? Это самое большое испытание, которое ждет всех родителей впереди. Даже не в подростковый период, возможно, все позже произойдет. Рассчитывать, что наше воспитание детей вот так спокойненько – спокойненько приведет их к Богу, нельзя. К этому надо приготовиться, это надо знать

Но, как говорит Авва Дорофей: «Семена добродетели неистребимы».

И если истинные семена добродетели были в детстве заложены, - ни фарисейские, ни внешние, а настоящие семена живой искренней веры, - то они обязательно прорастут!

 Этот мир будет очень сильно испытывать детей. Очень сильно будет разворачивать в свою сторону. Приманки самые примитивные, но действенные. Потому что, по большому счету, нашим православным детям ничего нельзя. Много чего нельзя, а там все можно…

И тут стоит очень важный вопрос для родителей: чего нельзя и почему нельзя?

Если родители смогут этот вопрос правильно решить, то они от много своего ребенка в его юности избавят. Потому что запреты по внешним параметрам: « Такую музыку слушать нельзя! Это смотреть нельзя! Таких друзей иметь нельзя!», - все это может привести к плачевному результату.  Нужно понять – чего нельзя по-настоящему и тогда надо объяснить – почему нельзя. Если это просто не укладывается в родительское представление, какими должны быть православные люди, то это ровно ничего не значит.

Надо, чтобы это «нельзя» было воспринято свободно.

 14.01.2010