Главная » Страница настоятеля » Статьи, интервью » Подвиг духовной радости

Подвиг духовной радости

 

Не какие-то отдельные, особенные люди, но каждый христианин призван к духовной радости. Сам Иисус Христос заповедует нам: «Да радость Моя в вас пребудет, и радость ваша будет совершенна» (Ин. 15, 11). Отчего же радость сегодня является большой редкостью? 

С одной стороны, радость — это дар Божий. Но человек призван её сохранять. Вы помните, что говорит апостол Павел: «Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За всё благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе» (1 Фес. 5, 16–18).

Радоваться всегда и молиться непрестанно — большой подвиг. Для этого нужно уподобиться ветхозаветному праведному Иову — постоянно чувствовать присутствие Божие в своей жизни, не только в приятных, но и в горестных обстоятельствах.

Вспомните, как сидел Иов на пепелище в окружении друзей. Они пытаются формально сказать ему, что он неправ перед Богом, раз ему попущены большие скорби, болезни и лишения. А он в это время свободно задаёт Богу вопросы и отвечает им: «Я чувствую Его дух в своих ноздрях». В смысле — что вы говорите мне глупости, когда я ощущаю, что Бог меня не оставил.

Когда человек стремится всегда жить присутствием Божиим, он способен всегда радоваться. Когда он старается всё время уповать на Бога, верить в Его Промысл в своей жизни, он не будет расстраиваться и унывать по пустякам, сердиться и раздражаться на какие-то мелкие и даже крупные житейские потери. Если человек научится относиться к ним спокойно, даже с иронией, освободится место для радости. И Господь наполнит ею все сосуды души.

Состояние, когда человек одновременно радуется, за всё благодарит и молится, можно назвать непрестанной исповедью. Когда человек ничего от Бога не прячет. Когда он готов открыть себя Богу до конца. Последнее — бесконечно тяжело, но только при таком состоянии Бог может мощно войти в душу и наполнить её Собою. И это есть радость.

Важно при этом правильно понимать, что такое молитва. Это не механическое вычитывание правила. Не выпрашивание себе и другим того, что не имеет никакого отношения к жизни вечной: успеха в труде, крепкого здоровья и счастья в личной жизни — того, что обычно желают друг другу на Восьмое марта и Новый год. Молитва — живое общение с Богом.

 

— Вспоминаются строки из детской записки великой княжны Марии Николаевны императрице Александре Фёдоровне: «Когда я вышла из комнаты Алексея после молитвы, у меня было такое чувство, как будто я пришла с исповеди... такое приятное, небесное ощущение». Молитва и исповедь столь тесно переплетены?

 — Исповедь, прежде всего — откровенный разговор человека с Богом. Не столько покаяние, сколько просто рассказ о себе. Открытие своего сердца Богу и возможность до Бога достичь этим словом, быть услышанным. С этого она начинается.

Уже второе основание исповеди — углублённое понимание самого себя, ужас перед своими немощами, горечь от них и чувство невозможности оставаться в прежнем состоянии, готовность стать другим. Это переживание опять же приносится, открывается Богу, вырастает в разговор с Ним, в воззвание к Его милосердию, отцовской любви, потому что исповедь возможна только при доподлинном осознании того, что Бог есть Любовь, что Он и тебя любит. Если нет знания о том, что с тобой рядом любящий Бог, поменяться невозможно.

Человек становится способным так исповедоваться, только когда вдруг расколется его скорлупа недоступности, самоизолированности от Бога и людей. Какое-то потрясение, которое может казаться крушением всей жизни, страданием и скорбью, даст человеку возможность искренней встречи с Богом, потребность с Ним разговаривать. Но, к сожалению, часто человек отметает вмешательство Бога, разрушающее скорлупу самости, боится его, ведь оно приносит с собой открытость, свободу и любовь, обладать которыми возможно только при очень сильном внутреннем мужестве. Происходит это из-за того, что грехопадение лишило человека обладания драгоценным сокровищем Божественного присутствия и Божественного знания, он до сих пор живёт стремлением скрываться от Бога, как Адам с Евой, и быть не доступным для другого человека. Ему кажется, что это приносит защищённость и уверенность.

К сожалению, многим людям присуще формальное и почти языческое представление о религиозной жизни. Будто бы с Богом можно договориться, что от Него можно откупиться, например, добрыми делами, которые якобы способны сами по себе загладить прежние проступки. В этом случае человек ставит Богу условие: я у Тебя беру ровно столько, сколько мне необходимо, а отдаю Тебе столько, сколько сам считаю нужным. При таком договоре человек всегда будет стараться Бога обмануть, обхитрить в свою пользу. Свою духовную жизнь человек вводит в жёсткую систему, заставляет себя мыслить схематически. А в такую систему духовная радость не вмещается.

Подобные юридические отношения распространяются в Церкви в том числе и на исповедь. Человек приучается считать, что исповедь — это не разговор с Богом, а какая-то духовная самоинспекция, когда надо грехи вывести дустом, как вредных насекомых, «пропустить себя через мясорубку», «как следует себя прочистить». Исповедь подаётся как формальное перечисление грехов — пишутся толстенные книги с устрашающими названиями вроде «Тысяча и один грех православного христианина», где только оглавление с перечислением грехов занимает треть страниц. Это чудовищный подход к исповеди — когда вместо любви человек получает к соблюдению некий Уголовный кодекс, вместо живых и доверительных отношений с Богом — страшную систему запретов, с внушением: «Шаг влево — расстрел и Страшный суд». Так воспитывается в людях бесконечное чувство вины, дикий страх выйти из дома, чтобы не сделать что-то не так, сказать что-то не то, посмотреть как-нибудь не так. Когда человек просто боится жить. Какая здесь может быть радость? Поэтому неудивительно видеть в храме унылые тусклые лица людей, опущенные вниз.

 

— Что ещё, кроме стремления жить в присутствии Божьем, может помочь приобрести духовную радость?

 — Евангелие. Его важно читать как Слово Божие. Услышать, как через него с тобой говорит Сам Бог. Затрепетать перед этим словом и понять, наконец, что всё, что написано в Евангелии — написано о тебе, что каждое слово касается тебя лично.

Возьмите конец шестнадцатой главы Евангелия от Марка, где Христос призывает на проповедь: «Знамения же веровавшым сия последуют: именем Моим бесы ижденут, … аще и что смертно испиют, не вредит их, на недужныя руки возложат, и здрави будут» (Мк. 16, 17–18). Кто сегодня к себе эти слова относит? Кто понимает, что если будет веровать в Бога, то такие знамения последуют?

Или возьмём место, когда Господь велит Петру идти к Нему по воде. Почему мы не прилагаем этого к себе? Почему мы из Евангелия выбираем только то, что нам удобно? Ведь так Евангелие оказывается нами не прочитано, то есть не воспринято всей жизнью.

Даже если мне страшно от этих слов, я буду знать, что меня зовут идти по воде. Буду знать, что именно мне сказано смертное пить и не бояться.

Евангелие учит понимать Бога и себя понимать в Боге правильно. Вспомните притчу о талантах — когда Господь призывает к Себе слуг и оставляет одному пять талантов, другому три, третьему один, Он даёт при этом каждому из них право на ошибку.

Примените к жизни — когда тебя призывает какой-то инвестор и дает деньги, он очень рискует тем, что ты эти деньги потеряешь: тебя обманут, ты их неправильно вложишь, они не принесут дохода. И сердится он не тогда, когда ты потерял эти деньги, а когда ты с ними ничего не стал делать.

Так и в отношениях с Богом: когда ты боишься жить, потому что считаешь Бога злым и жестоким, подобным человеку, который жнёт, где не сеял, и собирает, где не рассыпал, в твоей жизни не может быть никакой радости.

Когда в жизни человека будет присутствовать Евангелие, он будет понимать, что такое для него причастие Святых Христовых Таин, что жизнь со Христом — очевидная реальность, а не иллюзия, не какая-то внешняя форма церковно-традиционной жизни, при которой ты по утрам и вечерам молишься, четыре раза в году постишься, а по воскресеньям ходишь в храм, исповедуешься и причащаешься.

Без жизни во Христе и со Христом никакой радости не будет. А мы всё мимо Евангелия в какие-то другие книжки уходим.

 

— Как влияет духовная радость на воспитание детей?

 — Если дети живут в семье, где родители их любят, они будут жить в радости. Когда родители от детей ничего другого не хотят, кроме того, чтобы они росли настоящими людьми, и сами при этом стараются быть настоящими, а не картонными, тогда и радость будет.

А когда родители хотят видеть в детях своих клонов, постоянно дрессируют их как собачек, чтобы они давали результат, которым можно было бы погордиться и перед другими похвалиться, дети только страдают.

Педагогика основана на подражании. Дети подражают своим родителям — родителям, в свою очередь, надо учиться подражать Христу. Если родители хотят, чтобы их дети научились кротости, терпению и смирению, им прежде самим надо этому научиться. Положить на это жизнь, а не смотреть, как проводили время в детстве преподобные Сергий Радонежский и Феодосий Киево-Печерский, и с малых лет не пускать своего ребёнка играть на улицу, вешать на него жёсткий пост, загружать молитвами и мучить длинными церковными службами.

 

— Могли бы Вы вспомнить случаи, когда духовная радость помогала людям преодолевать сложные жизненные ситуации и поддерживать при этом других?

 — Самое настоящее чудо — это по-настоящему христианский переход в вечность. Надо видеть, с каким доверием к Богу это совершается, с каким потрясающим утешением для тех людей, которые находятся рядом. Я не видел в жизни большего урока.

Помню своих прихожан, которые отходили из этой жизни в христианском сознании, наполненные внутреннего света и радости, без всякого страха, с каким-то особым мужеством, с молитвой о близких. Казалось, именно такой человек по-настоящему жив — так он способен наполнить внутренним покоем окружающих, которые буквально умирают от его смерти. Когда наступало само таинство смерти, окружающие, утешенные покоем и радостью, вдруг тоже начинали наполняться светом. Горе утраты напоялось радостью Божьего соприсутствия. Соединялись несоединимые вещи — свет встречи с Богом, который, казалось бы, является величайшим горем для человека, и любовь Христова.