Главная » Страница настоятеля » Проповеди » Всё возможно верующему

          Всё возможно верующему 

             (Исцеление бесноватого отрока)  (Мф. 17:14-21)

 

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!

В сегодняшнем Евангелии повествуется о том, как Господь, сходя с Фаворской горы, встречает толпу людей, и с этой толпой к Нему подходит человек и обращается с просьбой об исцелении сына. Сын испускает пену, скрежещет зубами своими, цепенеет. Всюду он обращался за помощью, даже к апостолам, никто ему не помог.

И Христос говорит такие горькие слова: «О род неверный! Доколе буду с вами, доколе буду терпеть вас!» Он просит привести к нему отрока, спрашивая, как долго с ним происходит это несчастье. Оказывается, что с самого раннего детства этот отрок страдает таким страшным беснованием. И отец просит Христа помочь им. И вот на это Христос говорит: «Если хоть сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему». И отец отвечает: «Верую, Господи! Помоги моему неверию!» И после этих слов Господь исцеляет этого отрока.

А еще в конце Евангелия от Марка перед Своим Вознесением Господь говорит такие слова: Те, кто будут веровать в Меня, «именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им;   возложат руки на больных,  и они будут здоровы». (Мк. 16: 17-18) Вот такие слова Господь говорит о тех, кто может веровать.

И вот когда мы читаем эти слова, мы никак не можем их к себе обратить, потому что мы никак не можем поверить в то, что верующему все возможно. Это совершенно недоступно для нашего осознания: «Как это может быть? Как это верующему все возможно?» А Господь говорит: « Если хоть немножко можешь веровать, все возможно верующему!» А оказывается, эти евангельские  слова – это правда, это про нас написано.   Над этим в свое время горько издевался Смердяков, когда говорил: «Ну, если вы верующие, тогда скажите этой горе, пусть она сойдет и ввергнется в море».

 Эти издевательские слова Смердякова к нам, верующим,  относятся: «Ну, если вы верующие, почему ж тогда с вами не происходит того, что происходит в Евангелии?»  Действительно, почему ж то, что Господь говорит, никаким образом не являются фактом нашей жизни?  Удивительно...

 И вот еще раз звучат эти те же самые слова: «Если хоть сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему». Про кого Он говорит? Про нас? Про этого отца, про конкретную ситуацию? Отец говорит: «Господи, верую, помоги моему неверию!» Что стоит за этими словами? Что стоит за этим «Верую!»? Что вообще значит – веровать? Ведь Господь с самого начала укоряет всех: «О род неверный!» Род неверный, род неверующих, то есть люди, которые обращаются к нему с верой, казалось бы, подходят ко Христу, казалось бы,  с просьбой, с молитвой: «Помоги!  Услышь! Приди!» Разве это не проявление веры? Разве  эти обращения к Богу и не есть ли сама вера? И вдруг оказывается, что нет, это не вера. Обращение к Богу – это еще не вера, это неверный род к Нему обращается.

А в вере, оказывается, важно вот это  однокоренное слово со словом вера  – верность. Род неверный…  Вот если нет верности в вере,  если верить только просьбами, только желанием получить, что-то для себя приобрести, или по крайней мере что-то внешнее исполнить, а верности  Богу нет, то какая же это вера? Ведь  именно верностью проверяется наша вера, верностью Богу, то есть следованием за Ним до конца.

Ведь что такое верность, знает каждый из нас: по отношению к своим близким, по отношению к своему супругу, по отношению к своим детям, друзьям. Все понимают, что такое верность и неверность. 

Так же и  по отношению к Богу: есть верность и неверность. И вот оказывается, что по отношению к Богу хранить верность не удается, потому что Богу верность хранится везде и всегда,  в каждом конкретном случае: в простом и сложном, в маленьком и большом. И  когда дело касается верности Богу, нам всем легко сказать: «Ну, что за малость, если я такую вещь  сейчас сделаю… ну, что за ерунда, если я себе вот это позволю… или вот  это слово скажу…  или немножечко себе позволю то, что не является угодным Богу?»

И вот из этого состоит вся наша жизнь: из этой неверности, из желания все время сделать что-то для себя,  как будто Бог нас не видит, как будто Он отвернулся, или мы от него куда-то спрятались… ну, по чуть-чуть… понемножку… по ерунде… И вот оказывается, что из этого чуть-чуть и немножко вся наша жизнь состоит. И вот мы всем  родом можем предстать перед Богом в молитве и услышать эти слова: «О, род неверный!» Неверный…

Где же тогда вера? Понятно, что когда нет верности, самой простой верности, никто из нас не может ни смертного испить, ни больного исцелить, ни беса изгнать, ничего… И гору переставить не сможет… Простых вещей сделать не можем: пост соблюсти как следует, быть ответственными в каких-то простых вещах, когда мы даем обещание Богу или ближнему послужить, помочь, прийти на помощь…

Да, желание есть, а верности нет. Вот именно в этой верности очень часто проявляется наша вера, и она на ней, собственно, и стоит.

И второе однокоренное со словом «вера» - это слово «доверие». А доверие Богу выражается в том, что человек не боится всю свою жизнь возложить на Него, не боится услышать  слов, которые мы с вами слышали в прошлый воскресный день, когда износился Крест Животворящий в храм:   «Если кто хочет за Мной идти, да отвергнется себя, возьмет крест свой и за Мной идет. Ибо кто хочет душу свою спасти, погубит ее». (см. Мф.16:24-25). Вот погубить свою жизнь ради Бога, то есть забыть о своей жизни внешней, а посвятить себя Богу, мы не можем решиться, мы не можем до конца пойти этим путем, мы не можем до конца услышать этот зов Божий: «Возьми крест свой и иди за Мной». Мы все, как этот евангельский юноша, готовы сделать что-то внешнее: готовы раздать свое имение, то есть готовы раздать кому-то что-то… готовы все заповеди соблюдать внешним образом… готовы что-то делать такое внешнее и правильное и думать, что это и есть наша вера... А  потом все бросить и пойти за Христом – вот здесь мы все останавливаемся,  потому что это слишком страшно – идти за Христом.

 А в этом, собственно, и состоит второе основание веры – довериться Богу до конца. И если ты хоть сколько-нибудь можешь вот так веровать, говорит Господь, то тогда все возможно верующему, тогда все для этого верующего открывается,  несмотря на то, что человеческая жизнь часто складывается так, как жизнь  этого самого несчастного отца,  когда человек,  по слову поэта, оглядываясь, видит только лишь руины, которые он в своей жизни сотворил, и он понимает, что ничего нельзя вернуть и ничего нельзя восстановить, и  то, что он натворил в своей жизни,  как шлейф за ним тянется... И вот он просит: «Господи, помоги здесь! Господи, помоги здесь!» Вот тут и дети, и родители, и близкие – все страдают. И ничего не получается по одной простой причине, потому что если сколько-нибудь можешь веровать вот так, тогда все возможно верующему, а вот так веровать никто не может. И поэтому, когда отец говорит вот  эти слова: «Господи, верую! Помоги моему неверию!», он понимает, что хочет так веровать, но не может  и просит у Бога этой вере помочь. Он готов на нее решиться, понимая свое бессилие. Тогда Господь приходит на помощь. И вот так же и к нам Он может прийти  на помощь. И к каждому из нас может прийти, как пришел к этому отцу, когда мы можем от сердца захотеть такой веры, решиться на такое безумие, на такую бездну. – так вот быть верным, вот так Ему доверять, чтобы пойти за ним и сказать эти слова: «Господи, верую, помоги моему неверию!»

Это так важно для нас, особенно  сейчас, когда мы проходим путь  этой самой веры. Ведь Господь на недоуменный вопрос учеников, – Почему мы не могли изгнать его? – сказал такие слова: «Этот род изгоняется только молитвой и постом». Ведь пост и молитва – это как раз два образа  веры. Пост –  это образ верности, а молитва – образ доверия, когда самые главные слова нашей молитвы: «Да будет воля Твоя!»

И вот если пост у нас как верность, а молитва как доверие, тогда все возможно верующему, все для нас возможно. Вот эти два слова – пост и молитва, которые мы привыкли слышать,  должны быть наполнены самым настоящим содержанием. Пост – это наша верность, молитва – это наше доверие. Господи, милостив буди нам, грешным. Помоги нашему неверию… Аминь!

2011

 

Во имя  Отца, и Сына, и Святаго Духа!

В сегодняшнем Евангелии мы слышали, как Господь обращается к людям с такими словами: «О, род неверный и развращённый! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас?» (Мф. 17:17). Эти слова относятся не только к тем людям, которые окружают Христа. Они в такой же степени относятся и к Апостолам, которые не смогли исцелить отрока за свое неверство,  и  к каждому из нас.

Христос говорит Апостолам, что они не смогли исцелить отрока по неверию их. Если б была хоть маленькая вера, – говорит Христос, – то тогда можно было бы горы двигать. А в чем, собственно говоря, неверие состоит? В чем  проявляется бессилие апостольской веры? Почему, те, которые считаются Его учениками, самые близкие ко Христу, вдруг оказываются абсолютно бессильны  перед стихиями мира сего, ничего не могут сделать с юношей, одержимым злобной бесовской силой? Где же эта сила христианства, почему она не проявляется?

В сегодняшнем апостольском послании мы слышим слова, казалось бы, не относящиеся к этому евангельскому чтению. Апостол говорит, что желающие хвалить всё по плоти принуждают вас обрезываться только для того, чтобы не быть гонимыми за крест Христов, ибо и сами обрезывающиеся не соблюдают закона, но хотят, чтобы и вы обрезывались, дабы похвалиться в  плоти вашей. «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира, ибо во Христе Иисусе ничего не значит ни обрезание, ни необрезание, но новая тварь» (Гал 6:12-14). Исторический контекст понятен, апостол Павел обращается к христианам из иудеев, которые сомневаются, соблюдать ли им Моисеев закон, совершать ли  обрезание, или все покрывает крещение.  Но  на самом деле  эти слова относятся к каждому из нас.

 Хвалиться о кресте, как говорит апостол Павел, это значит совершенно презреть законы мира сего, а слово «обрезание» здесь означает жизнь по Ветхому закону, то есть по стихиям мира сего,  по основаниям и привычкам безбожного мира, в котором мы очень комфортно себя ощущаем, в котором мы привыкли действовать и с которым мы, в общем, согласны. Мы понимаем,  как здесь разворачиваются события. Мы знаем, как ответить ударом на удар,  как проявить себя в каких-то сложных обстоятельствах, как защититься от материальных неприятностей,  чтобы окружающий мир  нас не раздавил. И когда  он на нас наступает, заставляет  действовать по его законам, мы теряем всякую веру в Христа. Мы совершенно забываем о том, что говорит Евангелие, и начинаем жить так, как в этом мире положено и принято, по его безбожным законам: законам без Христа, законам обрезания, законам плоти. Мы думаем, что  решим свою проблему, а потом опять обратимся к Богу. И  получается, что мы пытаемся совместить в своей жизни крест Христов и обрезание, жизнь по плоти и евангельские слова. А это невозможно.

Именно об этом говорит Апостол, что крестом могу только хвалиться, потому что крестом для меня мир распят. А почему это так, становится понятно из  еще одного евангельского чтения, которое звучало сегодня в храме. В нем  говорится о том, как Бог возлюбил мир «…ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир  спасен был чрез Него» (Инн.3:16).  

 Апостол услышал эти слова. А если человек эти слова услышал и принял, смог поверить в них по-настоящему, то разве после этого он сможет жить по стихиям мира сего? Разве потом он сможет  забыть о том, что Бог его так любит? Он знает,  что ему  не должно быть страшно, что в этом мире ему бояться нечего!

А мы боимся. Мы очень боимся этого мира, мы  боимся  разладить с ним  отношения,  протестовать против него, выйти из него – боимся. И тогда наша вера ничего не стоит,  христианство наше абсолютно бессмысленно и бессильно. Так получилось в истории с евангельским  отроком:  Апостолы оказались беспомощны и исцелить его не смогли.

Мы род неверный и развращённый законами этого мира, потому что в этом мире мы знаем, как поступать. Как поступать во Христе, мы тоже знаем, но боимся. Боимся услышать эти слова Христовы  о том, что  Бог так нас любит, что Сына Своего Единородного за нас отдал. Что не судья Он наш, а Отец. Что Он пришел нас спасти,  каждого спасти, вытянуть из самого тяжелого положения,  из самого безвыходного состояния. В это надо верить, это надо принять, и с этим надо жить.

И в этом есть крест Христов, которым мы распинаемся, к которому мы пригвождаемся, потому что тогда мы начинаем Христу, распятому за нас, хоть немножечко, хоть чуть-чуть, но как-то соответствовать, хоть как-то быть на него похожими. Потому что так мы отвечаем верностью на верность, любовью на любовь, доверием на  то, что Господь каждому из нас дал.

Очень легко и  приятно слышать, что Бог так тебя любит, что Бог готов на все для тебя. Но  ответить потом на эти слова бывает очень тяжело. Потому что мир все время призывает нас жить по его законам, мир все время призывает нас жить по плоти, жить  так, как живут все, поступать так, как делают все,  жить в контексте этого мира. А христиане так жить не должны. Христиане – это избранный Богом народ, который должен из этой среды выйти, который должен к Богу стремиться и жить по законам Его любви.

Аминь.

26.09.10