Главная » Наш приход » АРТ- раздел » Поэзия » ВИТАЛИЙ ЕВГРАФОВ

 

ВИТАЛИЙ ЕВГРАФОВ

Место рождения — город Шумерля в Чувашии. После армии в 1980 г. приехал в Москву, устроился работать в 5 автобусный парк, занимался в литобъединении «Искра» под руководством поэта Ю.В.Денисова. Изучает филологию, церковно-славянский язык. Пытаясь приблизить церковно-славянский язык к повседневной жизни, показать его красоту, дать ощутить его живое дыхание, некоторые стихотворения пишет на церковно-славянском. Печатался в ряде литературных сборников.

 


СТИХИ НА ЦЕРКОВНО-СЛАВЯНСКОМ ЯЗЫКЕ


 

             ИНОК

 

Беспощадны милости природы,

Оделяет щедро нас она,

Даром и бездарно тратим годы,

Естеством снедаемы сполна.

 

И вздохнув глубоко – в покаянье –

Слёзными поклонами, мольбой,

Усмирить природы дарованья

Просит Бога инок молодой.

   

 

         *  *  *

Ночь старухой нищей

По миру пошла,

Бедная, всё ищет

Света и тепла,

Только нет ответа,

Не подаст никто

Ни краюхи света,

Ни тепла глоток.

 

Спит глухой посёлок,

В хладных небесах

Месяца осколок

Не блеснёт впотьмах.

И в безмолвье этом

Лишь старуха ночь

Бродит до рассвета

И уходит прочь.

 

 

 

             * * *

Деревья все в снегу, аллея

Во власти дивных снежных чар,

И дворник, чар не замечая,

Лопатой чистит тротуар.

Ну а в детей задор вселился,

В снежки играют, лепят баб,

И дед Мороз в одну влюбился,

Как ни крепчал, как ни крепился,

Но от любви совсем ослаб.

 

 

 

       * * *

За окном берёза,

За берёзой липа…

Серебром мороза

Сон ветвей осыпан,

Птицы сребролюбы

Вьются в оживленье.

Не дымятся трубы.

Утро воскресенья.

 

Не видать прохожих

Этой дивной ранью.

День жемчужный множит

Щедрость и сиянье!

Мне бы в те богатства

Ринуться, как птица,

Только б не бояться

Разума  лишиться.

 

 

 

 

   ДУШЕВНОБОЛЬНЫЕ


Сидим и смотрим телевизор,

А за окном густеет мгла.

Как луч в ночи экранный высверк,

И без него жизнь так тускла.

 

Как путевождь нам тележвачка

И мы всегда спешим за ней,

Как в кладовую всяких всячин –

И в праздный свет, и в тьму страстей.

 

 

 

                   * * *

Звезда покатилась и где-то вдали

Погасла, венчая паденье,

Рождая в далёких пределах земли

Высоких надежд

воплощенье.

 

И хочется верить, что будет всё так,

Как втайне душа пожелала,

Что с неба ниспослан сверкающий знак

Счастливого часа

начала.

 

Смещается тихо таинственный свод

Навстречу живящей деннице,

И с новым восходом, быть может, черёд

Наступит

и чаяньям сбыться.


 

 

        КРУТОВЕРТЬ


Пропело морзянкою лето,

Эфир озвеневши листвой,

И бьёт уж зима пистолетом,

Мороз зарядив боевой.

Скрипит под ногами навылет,

Сразив чистотою, снежок,

В ледок успокоенный вылит

Речной торопливый поток.

 

Снег вдарил соцветьями солнца,

В шик-блеск-красоту разодет,

И тёмною силой тевтонца

Пошёл воевать белый свет.

И стрелки часов, задрожавши,

Уткнулись в победу зимы,

Пронзающей холодом даже

Видавшие виды умы.

 

А там уж по полю бушует

Хмельная от чувств снеговерть,

Но жизнь всё ж во мгле маракует,

Как смыслом разбить слово «смерть»,

Ведь битва над каждою буквой,

Живущей в бегущей строке,

Безумной весенней наукой

Решается на сквозняке.

 

 

 

                * * *

Напишу про родную природу,

Пусть о ней вроде сказано всё, –

Хоть река и одна, только воду

Постоянно иную несёт.

 

В той воде отражается небо

И скольжение чайки речной,

И прибрежных лесов благолепье,

Охраняющих тишь и покой.

 

Напишу про родную природу,

И звучанье просторов речных

Над вечерней высокой свободой

Дальним эхом раздвинет мой стих.

 

 

 

                  * * *

Так мечтается встретиться снова,

Окунуться в родник твоих уст,

И испить их любовное слово

Нежно-сладкое звуком на вкус.

 

Несказанным бодрюсь я днём встречи

И дышу им во сне, наяву,

Чтоб твои вверить хрупкие плечи

Бурным чувствам, в которых живу.

 

Как ветра обнимают деревья,

Им неся благовестье весны,

Чувств оркестр выдувает напевы,

Что влюблённостью вдохновлены.

 

 

 

              * * *

На улице ветер и холод,

Снег первый растаял, как сон,

И день, как от глыбы, отколот

От солнцем залитых времён.

 

И утро глаза раскрывает,

Ветвями сырыми дрожа,

Душа ото сна оживает

И снова надеждой свежа.

 

 

 

 

         ОТКРОВЕНИЕ


Рассвет вставал над бренною землёй

Простором для безумных откровений,

Престолом для живущих красотой,

Как жертва за приливы вдохновений.

 

Нищал беззвучно звёздный небосвод,

В смелеющих лучах ковшом испитым,

И не хватало во Вселенной вод,

Чтобы пожар рассвета был залитым.

 

И силы мысли, отвергая прок,

К Поэту жизни жажду возымели:

Его лучи  высоких, чистых строк

Вновь мир согрели. 

 

 

 

                   * * *

В головах наших царствует хаос,

Нам гармоний миров не постичь,

Бытия книга нами сверсталась

Из нелепых сказаний и притч.

 

Но всё ж верится в гомон небесный

За шумами вселенских зарниц,

Где созвучья есть в хаосе бездны,

Как гармония в пении птиц.

 

 

 

               * * *

Поле забытое, поле пустынное

Взвихрено мглой снеговой,

Небо разверстое, тёмное, стынное,

Хлопьев низринуло рой.

 

Кружатся, вьюжатся хлопья холодные,

Воем ветров ободрясь,

Кажется, будто звезда путеводная

Тут навсегда замелась.

 

Тучи буранные поле забытое

Толщей снегов занесли…

Завтра же глянешь – всё светом залитое,

Свет всё – с небес и земли.

 

 

 

                 * * *

Всё утро сыпал первый снег

И белой стаей лебединой

Садился на асфальт – под шины,

Ошелестившие проспект.

 

…Предсмертный лебединый крик

Рассвет рассыпал по дорогам,

О чистом, светлом, хрупком, строгом

Напоминая в этот миг.

 

 

 

             * * *

Зимнее утро над городом

Реет зарёй кумачовой.

Сгинули тёмные вороги

Где-то за далью свинцовой.

Может быть даже и далее,

Лишь из подвалов и трещин

Мрачные, тёмно-усталые

Тени дремоту мерещут.

 

Зданий ряды просыпаются,

Улицы гулко люднеют,

Вырваться в лес мне мечтается,

Там где душою милее.

Двинуться б вдаль по заснеженным

Тропкам, с нахрапистым хрустом,

В дебри, к медвежьим валежинам,

В чащи – как тишь среброустым.

 

 

 

              МАНИЯ


Чтоб развлечь действительность

От забот впотьмах,

Топит телевизор нас

В голубых волнах.

 

Новости и вымыслы,

Фильмы и футбол –

Полный одержимости

Шквал несётся волн.

 

Зрелищ нахлебавшийся

Тянется народ

Вновь в экран лучащийся,

Как в водоворот.

 

 

 

                * * *

Здравствуй, рассвет! Над землёю

Тихою флейтой звуча,

Свет мелодичный точа,

Брызжет живой он водою.

 

Брезжит и отзвук во мне

Ноты, разящей волшебным

Лучиком утра, под небом

Синим – на красном коне.

 

 

 

          * * *

Снегом занесённая

Стылая земля,

Чащи обнажённые,

Голые поля.

Крепкими морозами

Скованны пруды,

Небо над берёзами,

Как из бересты.

 

В лес войдёшь заснеженный,

Что в волшебный град,

Кружит в робкой нежности

Лёгкий снегопад.

Сказок здесь с три короба,

Выдумок лари.

Как повсюду здорово! –

Слушай и смотри!

 

На сердце мелодия

Девственных снегов.

От берёз поодаль я

Встану среди снов

И в простосердечии

Буду слушать снег.

…Шёл он тихим вечером,

Падал целый век.

 

 

 

                 * * *

Меж берёз по морозцу вороны

Всё летают, садятся на снег,

Весь он лапами искоронован,

Будто царствует здесь целый век.

 

Бледен снег, бледны окна больницы,

Затянулась болезнь, как зима,

Время стынет, застыв бледнолице –

Это изморозь сводит с ума.

 

Отираю больничные окна,

Эх, здоровья б, – сбежать на мороз,

Чтобы, белой вороне подобно,

Поскакать между светлых берёз.

 

 

 

            * * *

Снег покровом чистым

Землю застелил, –

Сердцу серебристым

Переливом мил.

Птицы разлетались:

Рады серебру.

Гомон, разудалость

Нынче ко двору.

Светлая отрада

В выси слов влечёт…

И о том тирада

Ворона с ворот.

 

 

 

              * * *

Затерялись в сумерках дома,

Растворяясь тихо меж древами,

Тает городская кутерьма,

Явь ночную не переупрямив.

 

Окон проступают огоньки,

Побеждая глушь округи скудной,

И ведут домой, как маяки,

Сквозь густой туман усталых будней.

 

 

 

              * * *

Годы, будто пароходы,

Уплывают за моря,

Молодость, как в ступе воду

Всё толчёт себя зазря.

 

Цели выспренние тают

Где-то в далях золотых,

Пароходы проплывают

Мимо радостей земных.

 

Что проплыло, то и сплыло,

Утешеньям – верь не верь,

Только сердце защемило

От нерадостных потерь.

 

Ничего тут не попишешь,

Жизнь кипит своим ключом.

Только как впервые дышишь

Над проснувшимся ростком.

 

 

 

              * * *

Часы приёма и к больным

Идут знакомые, родные

И тащат соки, фрукты им

И объедения иные.

 

Больным без этого нельзя,

Как без лекарств и витаминов,

Такая уж у них стезя,

Кому-то даже и судьбина.

 

Питает соучастье их

И насыщает до предела,

Живёт теплом в словах простых,

Чтоб хворость вскоре захирела.

 

 

 

                * * *

По радио концерт передают,

Поёт певица голосом негромким

И песня та, как чаемый приют

Душе, увязшей в гибельных потёмках.

 

Слова простые льются будто свет

Во все концы раскидистого света

И, устремляясь песне той вослед,

Струясь, встаёт рассвет и в сердце где-то.

 

 

 

        * * *

Окна запотевшие

Скрадывают улицу,

Езжие и пешие

Там, как белки, крутятся.

 

Там есть парк заснеженный,

Там тропинки смелые,

Здесь тоска кромешная

И палаты белые.

 

Вечер зажигается.

Из окна больничного

В парк свет наметается,

В тени фантастичные.

 

Что ему не вольничать,

Не искрить снежинками,

Там, где бродят ёлочки

Смелыми тропинками.

 

 

 

           * * *

Гуляет безлюдное утро

По улицам – там за окном,

Повсюду темно, месяц утлый

Окутан морозным дымком.

 

И вот уж сквозь сон проступают

Деревья, глухие дома,

Кругом незаметно светает,

Глухая округа нема.

 

Лишь между ветвями густыми

Застряла тяжёлая мгла,

Она, коченея от стыни,

Пока уползти не смогла.

 

А утро вовсю разгулялось,

Дрему растоптало и сон,

И в стёклах домов рассверкалось,

Заре и снегам в унисон.

 

 

 

             * * *

Небесная алеет твердь,

Всё громче птичий звон, встречая

Воскресший свет, познавший смерть,

От радости души не чая.

 

И рассекается зарёй

Свод, испещрённый тайнописно,

И свет, с последнею звездой

Сойдясь, выводит тени к жизни.

 

Позналась солнцем связь вещей, –

Насущным светом живы очи, –

Оно, и в мир сходя теней,

Сияет месяцем средь ночи.

 

 

 

                * * *

Нежнее трав, недужней травм,

Целебней утреннего света,

Твой взгляд, соцветный василькам

И небу в середине лета.

 

Авроры дивнее самой,

Ты вся – и синь, и вся – сиянье,

Блистаешь, став моей звездой,

И став средою обитанья.

 

Любовь к тебе – такая боль,

Приёмы снадобий тут тщетны.

Но всё ж любить тебя позволь

И преданно и  безответно.

 

 

 

 

ЛЮБОВЬ - КАК КИСЛОРОД 

 

Ты для меня – как кислород,

Тобой б дышать – не надышаться,

Тобой душа моя живёт,

Тобой стремится окисляться.

 

Любовь – живительный огонь,

Томящий жаждой неуёмной

И всепознавших, и тихонь,

В стихии замешав огромной.

 

Вздымая вдохновенно грудь

Тебя вдыхаю, поглощая

И полнясь, но тебя втянуть

Как в кровооборот – не знаю.

 

Меня любовь к тебе живит,

Моей любовью мир расписан,

Той красотой – до чувств навзрыд –

До задыханья каждый взыскан.

 

Моя любовь – как кислород,

И ею полнится природа,

Всё ею дышит и живёт.

Как ты живёшь без кислорода?

 

 

 

 

             * * *

Зарево осеннее берёзок…

Каждой чуткой клеточкой лица

Ощущаю жара отголосок,

Огнь, воспламенивший деревца.

 

То златой средины заключенье,

Отраженье узкого пути,

Нынешнего сердцем постиженье,

Образ, чтоб к прозренью возрасти.

 

Чтоб слагалось к вышнему доверье,

Что из плена смерти воскресит…

Предстоящим светом вневечерья

Рощица молитвенно горит.

 

И сияя свечками из воска,

Капая расплавленной листвой,

Помнят о весеннем дне берёзки,

Жертвуя смиренно красотой.

 

 

 

 

         * * *

Грузно никнет небо

К чащам пожелтелым,

Листик-небожитель

Льнёт к земным пределам.

И повсюду веет

Тихая прохлада,

В поле опустелом

Отдых и отрада.

 

Ходишь, очарован

Далями родными,

Зришь благословенье

Божие над ними.

А уж скоро скорбно

Всё покой обрящет,

До корней прозябнув

Выснежатся чащи.

 

Омертвеет внешне,

Дух крепя свой право,

Всякое дыханье

Ради Божьей Славы,

Веря – после стыни

Благодать исхода…

Толькой православной

Может быть природа.